Текст выступления:

Гипотезы происхождения жизни на Земле
1. Гипотезы происхождения жизни на Земле

Как неживая материя стала живой?

Этот вопрос звучит почти как загадка, но в современной науке он задаётся вполне рационально: мы пытаемся объяснить не «магический скачок», а последовательность химических и физико‑химических превращений. Жизнь — не просто набор веществ, а система, которая умеет поддерживать себя и воспроизводиться. Значит, ключ — в том, как из обычной химии могло возникнуть поведение, похожее на «самоподдержание» и эволюцию.

По мере того как геология и химия уточняют картину ранней Земли, меняется и язык гипотез: одни акцентируют среду и источники энергии, другие — роль молекул‑катализаторов и структур, третьи — возможность заноса органики из космоса. И сегодня эти подходы не отменяют друг друга: они скорее дополняют, показывая разные стороны одной большой проблемы.

2. Почему этот вопрос до сих пор открыт

Жизнь появилась очень давно, а прямых следов первых этапов почти не сохранилось. Поэтому учёные сопоставляют геологические данные, лабораторные опыты и особенности экстремальных организмов, чтобы восстановить правдоподобный сценарий.

Открытость вопроса — не признак слабости, а следствие масштаба времени. Мы видим лишь «последствия»: древние породы редактировались тектоникой, нагревами, химическим взаимодействием с водой и минералами. В итоге многие детали приходится не находить напрямую, а проверять модельно: можно ли получить похожие молекулы в условиях, которые считаются реалистичными для ранней Земли? Можно ли из них построить более сложные структуры? И главное — ведут ли такие процессы к системам, способным к росту и отбору?

В этом смысле происхождение жизни похоже на задачу криминалистики: нет свидетеля «с момента события», но остаются следы — химические, геологические и биологические. Их сопоставление формирует гипотезы и постепенно сужает круг наиболее правдоподобных вариантов.

3. Условия ранней Земли

Рассуждая о начале жизни, сначала приходится реконструировать «лабораторию», в которой могла идти химия.

Атмосфера и состав газов На ранней Земле химический фон отличался от современного: кислорода было существенно меньше, а реакционная среда могла включать смеси газов, которые допускают образование органических соединений при наличии энергии. Важна не одна молекула, а целая совокупность условий.

Вода, температура и циклы Жидкая вода создаёт среду для переноса веществ, реакций на границах фаз и формирования устойчивых локальных «очагов» химии. Температура и её колебания — от нагрева до охлаждения — задают ритм реакций и помогают менять равновесия.

Минералы и поверхности Поверхности минералов могут концентрировать реагенты и работать как «катализатор без эмоций»: они ускоряют реакции и удерживают молекулы в нужной геометрии. Именно поэтому в моделях часто появляются каменные «сценарии» — от пористых структур до границ минерал‑вода.

Источники энергии Даже если химические элементы есть, сами собой сложные структуры не собираются. Нужны источники энергии: излучение, электрические разряды, тепло‑градиенты, движение воды и химическая энергия реакций. Поэтому реалистичность гипотез зависит от того, где и как долго могла поддерживаться такая подпитка.

Когда условия ранней Земли уточняются, гипотезы становятся не просто фантазией, а проверяемыми моделями: каждый этап должен опираться на то, что действительно могло существовать в то время.

4. Абиогенез как научная рамка

В качестве научной рамки абиогенез отвечает на вопрос так: «Какими путями неживая материя могла порождать предбиологические системы?» Здесь важно различать два уровня.

Во‑первых, происхождение отдельных органических молекул — это одна задача. Органика может возникать относительно «просто» при правильных источниках энергии и составе среды.

Во‑вторых, происхождение систем, которые напоминают живое — совсем другая задача. Жизнь требует не только химии, но и организации: механизмов накопления, устойчивости и передачи информации.

Абиогенез как рамка объединяет несколько опорных идей:

— Химическая эволюция: путь от простых молекул к более сложным, часто через промежуточные стадии. — Каталитические и поверхностные эффекты: минералы и структуры помогают реакциям идти эффективнее. — Самоорганизация: молекулы могут собираться в агрегаты и мембраноподобные структуры. — Переход к отбору: когда появляются вариации и различия в устойчивости, возникает возможность «эволюции без сознания» — через естественный отбор химических путей.

Такая постановка вопроса превращает происхождение жизни из мистики в инженерную задачу: нужно показать правдоподобный «технологический маршрут» от исходных условий к системе, которая способна поддерживать себя и изменяться.

5. Ключевые этапы химической эволюции

Ключевые этапы химической эволюции можно представить как цепочку переходов, где каждый шаг подготавливает следующий.

Переходы между стадиями занимали огромные промежутки времени и зависели от среды, энергии и способности молекул удерживаться вместе. На практике это означает: реакции не просто происходят, а требуют правильного сочетания концентраций, температурных режимов, состава растворителей и «мостиков» между молекулами.

Если рассматривать такие этапы как логические блоки, они включают: — синтез простых органических веществ из неорганических предшественников; — образование более сложных соединений, способных участвовать в дальнейших реакциях; — возникновение молекулярных наборов, где продукты одного типа реакций становятся исходниками для другого; — формирование структур, которые создают локальные «мини‑лаборатории».

И главное: усложнение не обязано происходить мгновенно. Данные и общая логика моделей указывают на постепенное усложнение: каждый следующий этап опирался на предыдущий, а не возникал «в готовом виде».

Чтобы такая лестница усложнения казалась не только правдоподобной, но и проверяемой, на сцену выходит экспериментальная химия — и в первую очередь классический опыт, который напомнит, как работает идея предбиологического синтеза.

6. Эксперимент Миллера–Юри и его значение

Когда разговор заходит о том, может ли неживая химия производить органику, неизбежно вспоминают эксперимент Миллера–Юри.

Смысл опыта — не в том, что он «создал жизнь», а в том, что в лабораторных условиях, моделирующих раннюю атмосферу и наличие энергии, можно получить смесь органических молекул. Исторически это стало одним из первых ярких доказательств жизнеспособности самой идеи химического пути к органике.

Представление об «электрическом шоке» и «протекающих через смесь пара и газов разрядах» работает наглядно: молекулы усложняются благодаря энергии и реакционной среде. Дальше этот сюжет расширился: исследователи стали подбирать различные источники энергии — ультрафиолет, тепло, гидротермальные сценарии — и анализировать продукты синтеза более детально.

Значение эксперимента можно сформулировать так: он показал, что переход от простых исходных компонентов к органическим веществам — не фантастика. Но оставалась другая трудность: от «органики» к «организации», то есть к системе, способной к воспроизведению и отбору. Именно это подводит к необходимости сравнивать гипотезы — где организация может «родиться» из разных механизмов.

7. Сравнение основных гипотез происхождения жизни

Сводные таблицы в таких темах помогают дисциплинировать мысль: каждая гипотеза объясняет часть общей проблемы — но требуется связать кусочки в целостный маршрут.

Обобщая основные направления, можно условно представить, что одни модели акцентируют: — первичную химическую «органику» и путь к системам, похожим на метаболизм; — другие подчёркивают роль генетической информации, пусть и на ранней, упрощённой стадии; — третьи рассматривают «косвенный старт» через занос органики или предшественников.

Сводная таблица работает как карта: видно, где каждая гипотеза сильна, а где сталкивается с вопросами. Например, объяснить образование органических молекул ещё недостаточно: нужно показать, как появляется устойчивость структур и как возникает механизм отбора.

Ключевой вывод из сравнения моделей звучит прямо: наиболее убедительно выглядят те подходы, которые объясняют не один факт, а всю цепочку превращений — от простых молекул к протоклеткам. Иными словами, важна связность: каждый этап должен быть логически и химически связан с предыдущим, а не «подвешен» как отдельный эпизод.

Дальше логично рассмотреть одну из самых известных идей — гипотезу, где «информационный центр» приписывается молекулам РНК.

8. Гипотеза мира РНК

Гипотеза мира РНК предлагает сценарий, в котором РНК могла сыграть роль сразу в двух направлениях: и как носитель информации, и как функциональная молекула‑катализатор.

На таймлайне логика такая: до появления «полноценной» клетки должны возникнуть молекулы, способные хранить последовательности и выполнять химические реакции. Если такая система возникла, то она могла пройти путь от простых реакций к более сложным, сохраняя полезные варианты.

Появление коротких РНК‑фрагментов и их накопление Сначала — образование компонентов, способных собираться в более длинные цепочки РНК, пусть и нестабильные. Здесь решающими становятся условия синтеза и удержания молекул.

Способность РНК выполнять химическую работу Далее — вопрос не только в наличии цепочек, а в функциональности: могут ли РНК‑фрагменты ускорять нужные реакции? В гипотезе предполагается, что некоторые последовательности способны к каталитическому действию.

Возникновение «самоусиливающих» циклов Если полезные РНК‑варианты помогают синтезу или воспроизводству себе подобных, возникает положительная обратная связь. Тогда эволюция может идти через конкуренцию вариантов.

Переход к более устойчивым системам В финале сценария предполагают постепенную интеграцию ДНК и белков как более эффективных носителей информации и катализаторов. Но в центре исходного этапа остаётся РНК.

Эта идея привлекает потому, что объединяет функциональность и «наследование» в одной молекулярной платформе. Однако у любой красивой модели есть ограничения — именно они обсуждаются далее.

9. Ограничения гипотезы мира РНК

Ограничения гипотезы мира РНК возникают из-за трёх практических трудностей: стабилизация молекул, правдоподобие условий синтеза и сложность перехода к устойчивым системам.

Нестабильность и химическая «хрупкость» РНК склонна разрушаться в неблагоприятных условиях. Даже если фрагменты возникают, им нужно пережить циклы температуры, влажности и возможные химические атаки, чтобы успеть накопиться.

Синтез и сборка в реалистичной среде Должны находиться правдоподобные способы образования нуклеотидов и сборки цепочек без идеальных лабораторных условий. Любая модель обязана показать, что шаги осуществимы в средах ранней Земли.

Сложность «самовоспроизводства» до возникновения клетки Для эволюции важен механизм копирования и отбора. Но без клеточной организации трудно обеспечить точность, устойчивость и эффективный обмен компонентами.

Переход к метаболизму и протоклеткам Даже если РНК работает как катализатор и источник информации, остаётся вопрос: как соединить её с энергетическим «двигателем» и оболочечными структурами, которые создают границы и локальные условия.

Сумма этих проблем не уничтожает гипотезу мира РНК, но заставляет проверять её более тщательно. Поэтому параллельно исследуются альтернативные стартовые площадки — включая идеи, где ключевую роль играет океанское дно и гидротермальные источники.

10. Гидротермальные источники океанского дна

Гидротермальные источники океанского дна предлагают сценарий, в котором энергия и химические градиенты возникают естественно, почти как в «непрерывно работающем реакторе».

Энергия на границе сред Там, где горячая вода встречает более холодную морскую воду, появляются температурные и химические градиенты. Они могут поддерживать потоки и реакции, важные для построения сложных молекул.

Растворённые компоненты и минеральные поверхности Источники переносят разнообразные вещества и взаимодействуют с минералами. Минералы могут выступать адсорбентами и каталитическими матрицами, помогая формировать упорядоченные структуры.

Пористые структуры и «укрытие» для реакций В некоторых моделях значение имеют пористые образования: внутри микрополостей реакциям проще протекать за счёт локальной концентрации и ограниченного объёма.

Квази‑циклы активности Гидротермальная система может быть динамичной: периоды изменения условий способны давать чередование стадий синтеза и восстановления, что важно для химической эволюции.

Такой подход интересен тем, что связывает физику среды с химией. Но чтобы вся картина стала убедительной, важно понимать, откуда именно берётся энергия для предбиологической химии — и насколько она разнообразна.

11. Источники энергии для предбиологической химии

Одна из ошибок в ранних обсуждениях — попытка выбрать «единственный ключ». На практике источников энергии несколько, и каждый работает в своей среде.

Разные источники энергии работали в разных средах: на поверхности, в атмосфере и на дне океана. Под поверхностью и на глубине океана роль могут играть тепловые градиенты и реакции в контакте с минералами; в атмосфере — электрические разряды и излучение; на поверхности — циклы нагрева и охлаждения, испарение и конденсация.

На ранней Земле не было одного главного источника: химическая эволюция могла поддерживаться сразу несколькими энергетическими механизмами. И это логично: химии часто нужен не «идеальный» режим, а возможность работать в разных условиях, где продукт одной реакции становится исходником для другой.

Такое разнообразие подводит к следующей теме: где и как именно молекулы «удерживаются вместе» и превращаются в управляемые системы. Здесь на сцену выходят минералы — как катализирующая среда.

12. Минералы как катализитическая среда

Минералы как катализитическая среда важны потому, что катализ — это не только про ускорение реакций, но и про изменение доступных путей. В контексте происхождения жизни минералы могут:

концентрировать реагенты Когда молекулы адсорбируются на поверхности, их локальная концентрация возрастает. Это увеличивает вероятность столкновений и повышает шансы на формирование нужных химических связей.

упорядочивать геометрию взаимодействий Катализаторы «задают» пространственные условия: ориентация молекул на поверхности может способствовать образованию определённых продуктов вместо случайного набора.

запускать повторяемые реакции в циклах В пористых структурах или на границах фаз можно получить повторяемые циклы: намокание‑высыхание, нагрев‑охлаждение, смена химического состава воды. Минералы становятся площадками, на которых эти циклы проявляются.

участвовать в химических переходах через промежуточные комплексы В некоторых моделях минералы рассматриваются как участники формирования промежуточных комплексов — то есть не просто фон, а часть механизма.

В итоге минералы оказываются «инфраструктурой» предбиологической химии. Но чтобы перейти от химии к чему-то, похожему на раннюю форму жизни, требуется согласовать этапы: как из простых молекул выстраивается протоклетка. Это и отражает следующая схема.

13. Переход от простых молекул к протоклетке

Схема перехода от простых молекул к протоклетке напоминает сборку сложного устройства из модулей: каждый шаг повышает вероятность следующего.

Последовательность, обсуждаемая в моделях происхождения жизни, обычно выглядит так:

Синтез простых органических соединений На ранних условиях в среде формируются базовые органические молекулы — строительные кирпичи.

Образование более сложных полимероподобных фрагментов Дальше растёт сложность: молекулы могут объединяться в цепочки, которые способны вступать в новые реакции.

Катализ и формирование устойчивых реакционных циклов Катализаторы, в том числе минералы и подходящие катитические молекулы, помогают закрепить выгодные химические пути.

Самоорганизация в компартменты Чтобы реакции стали «управляемыми», нужны локальные объёмы. Компартменты — от простых агрегатов до мембраноподобных структур — создают границы, где концентрации отличаются от внешней среды.

Появление протоклеточных свойств На следующем этапе компартмент начинает вести себя как единица: накопление компонентов, рост, обмен и возможная простая форма наследования через различия устойчивости.

Отбор протоклеточных вариантов Когда существуют различия между вариантами компартментов и механизм поддержания их состава, включается естественный отбор химических «линий». На этом этапе эволюционный язык становится уместным.

Эта схема не говорит, что процесс был лёгким или единственным. Она показывает принцип: переход к протоклетке требует одновременно и химии, и организации — и именно поэтому поиски идут по нескольким фронтам.

14. Панспермия

Панспермия — это попытка объяснить происхождение жизни или её компонентов через перенос вещества в космосе.

Это число не доказывает занесение жизни, но показывает, что органика во Вселенной распространена и могла поступать на молодую Землю. Здесь важно правильно интерпретировать статистику: речь не о том, что «жизнь гарантированно прилетела», а о том, что строительные молекулы и химические предшественники могут быть общими для разных уголков Вселенной.

метеоритов и кометных образцов с подтверждёнными органическими соединениями усиливают интерес к космическому переносу вещества.

В историческом контексте панспермия возвращается волнами: аргументы о «зародышах» жизни в космосе обсуждали ещё задолго до современной химии. Но нынешний интерес подпитывается аналитическими методами: спектроскопия, лабораторные исследования метеоритного вещества, изучение органики в кометных и ледяных телах. Это превращает панспермию из философского тезиса в эмпирически проверяемую гипотезу.

Однако даже при космическом источнике остаётся главная задача: как из внешней органики на Земле сложилась система, способная к эволюции. Поэтому логично перейти к данным, которые поддерживают поиск внеземной органики.

15. Данные, поддерживающие поиск внеземной органики

Данные, поддерживающие поиск внеземной органики, показывают, что органические вещества встречаются в разных объектах Солнечной системы.

Наблюдения и анализ образцов показывают, что органические вещества встречаются в разных объектах Солнечной системы. Это могут быть метеориты с органическими компонентами, результаты наблюдений комет и исследования ледяных спутников — там, где химия может поддерживаться под действием излучения, ударов и радиационных процессов.

При этом ключевой смысл не стоит упускать: наличие органических молекул — ещё не равняется появлению живых систем. Органика может быть «сырьём», которое затем превращается в биологически значимые структуры только при правильных земных условиях — энергии, воде, границах и катализе.

Органические молекулы широко распространены, но их наличие само по себе не означает возникновение живых систем. Поэтому наиболее разумный взгляд сейчас — интеграционный: космос может поставлять кирпичи, а ранняя Земля — архитектуру, где из этих кирпичей складываются компартменты, информационные молекулы и процессы отбора.

И в завершение — мысль, которая объединяет весь рассказ. Происхождение жизни остаётся открытым именно потому, что вопрос комплексный. Но каждая гипотеза добавляет проверяемый фрагмент: от условий ранней Земли и энергетических механизмов до роли РНК, минералов и возможного космического переноса органики. Самая продуктивная стратегия — сравнивать сценарии и искать те, которые объясняют целую цепочку, а не отдельный эпизод.

16. Современные критерии проверки гипотез

Разговор о происхождении жизни неизбежно превращается в разговор о том, как вообще проверять гипотезы. В гуманитарных темах иногда достаточно правдоподобного объяснения, но здесь — химия, физика и наблюдаемая реальность. Поэтому современные критерии проверки обычно вращаются вокруг нескольких «фильтров».

Первый фильтр — проверяемость и возможность опровергнуть идею. Гипотеза должна вести к наблюдаемому следствию: например, к тому, какие молекулы, структуры или сценарии должны были возникать в определённых условиях, и что именно окажется невозможным.

Второй — предсказательная сила. Недостаточно «объяснить задним числом» отдельный факт. Хорошая схема задаёт траекторию: какие промежуточные стадии вероятны, какие — маловероятны, и почему. Именно поэтому так важны не только эксперименты, но и сопоставление моделей с разными типами данных.

Третий — согласованность с ограничениями среды. Ранние этапы — не лабораторная витрина: были штормы, перепады температур, излучение, солёность, циклы смачивания и высыхания, химическое «разбавление» и разрушение сложных молекул. Если сценарий игнорирует эти ограничения, он выглядит убедительно на словах, но плохо выдерживает проверку.

Четвёртый — воспроизводимость и независимая подтверждаемость. На стыке дисциплин часто случается «эффект красивого эксперимента»: результат появляется в одной установке и исчезает при изменении параметров. Современная научная культура требует, чтобы ключевые шаги повторялись и подтверждались разными командами, а иногда и разными подходами — от лабораторной химии до вычислительного моделирования.

Так подготавливается почва для следующего шага: как оценить степень подтвержденности разных гипотез и почему сравнение далеко не всегда выглядит как «кто победил».

17. Уровень подтвержденности гипотез

Когда встаёт вопрос «какая гипотеза ближе к истине», важно аккуратно понимать, что именно сравнивают. На диаграмме показывается не «победитель» среди сценариев происхождения жизни, а различие в количестве проверок, моделей и сопоставимых наблюдений.

Другими словами, разные направления находятся на разных стадиях исследовательской зрелости. Где-то уже накоплены десятки и сотни лабораторных попыток и смежных вычислительных моделей; где-то доказательная база пока тоньше или косвенно связана с тем, что считается ключевым механизмом.

Если смотреть на обобщённый вывод, более разработаны модели химической эволюции и «мира РНК». Это объяснимо: существуют понятные классы реакций, лабораторные методики и правдоподобные цепочки образования биополимероподобных структур. Даже когда остаются «дыры» — например, в эффективности перехода от наборов реакций к самоподдерживающейся системе — направление даёт много рабочих гипотез и экспериментальных тестов.

При этом панспермия остаётся наиболее спорной из‑за нехватки прямых доказательств. И здесь проблема не в драматичности идеи, а в том, что сама гипотеза часто требует доказать две вещи сразу: и факт переноса органики или предбиологических систем, и то, что на ранней Земле это действительно привело к запуску нужной химической динамики. Пока таких прямых подтверждений нет.

Следовательно, диаграмма показывает: чаще всего мы оцениваем не готовый «механизм целиком», а прогресс проверки отдельных звеньев. Чтобы увидеть, почему отдельные звенья стали заметнее именно за последние десятилетия, обратимся к ключевым открытиям.

18. Ключевые открытия последних десятилетий

Последние десятилетия принесли качественный сдвиг: происхождение жизни перестали обсуждать как абстрактную философию и всё больше рассматривали как набор химически конкретных проблем. Не один «секретный ингредиент», а последовательности: как образуются молекулы, как они становятся частью работающей системы, и почему такая система могла выживать в турбулентной среде.

Первое важное направление — лучшее понимание путей химической эволюции. Экспериментальные схемы и модели научились приближаться к правдоподобным условиям: учатся учитывать реальные источники энергии, влияние температуры и циклы концентрации. Это приближает обсуждение к естественным процессам, а не к идеальным «условиям без потерь».

Второе — прогресс в исследованиях сценариев РНК и родственных молекулярных систем. Смысл не сводится к лозунгу «РНК всё решит». Скорее, это накопление данных о том, как могли бы возникать молекулы с каталитическими и информационными свойствами, и какие компромиссы между стабильностью и реакционной способностью приходилось бы делать.

Третье — рост интереса к принципу «компартментов», то есть к разделению вещества на относительно изолированные области. В реальной среде выигрывают не только реакции, но и организационные формы, которые снижают «смывание» продуктов и повышают шансы на самоподдержание. Отсюда — внимание к простым структурам, напоминающим «контейнеры», пусть и не идентичным клеткам.

И наконец, важной стала сама культура доказательности: комбинирование лабораторных экспериментов, геохимических ограничений и вычислительных моделей. Это позволяет задавать более строгие вопросы: какие этапы устойчивы, а какие распадаются при изменении параметров.

Но даже с этим прогрессом остаётся фундаментальная причина, почему единой теории до сих пор нет. Следующий шаг — объяснить, что именно мешает собрать цельный пазл.

19. Почему единой теории пока нет

Единой теории происхождения жизни не существует во многом потому, что ранняя Земля плохо сохраняет прямые следы. Мы не можем просто открыть «архив» первых миллионов лет и извлечь доказательство в виде готового механизма: химические продукты разрушаются, переоткладываются, смешиваются, а условия меняются снова и снова.

Кроме того, условия для химической эволюции могли различаться в нескольких средах. Даже если один сценарий окажется успешным в одном типе ландшафта — скажем, вблизи источников тепла или в водно-минеральных системах, — это не гарантирует универсальность. Другие среды могли вести к альтернативным путям сборки молекул и к разным «мостикам» между стадиями.

Схема логики здесь выглядит почти как карта: в каждой точке требуется угадать, какие реакции запускались, какие из них становились достаточно эффективными, как происходила концентрация исходных веществ, и почему некоторые цепочки могли дожить до следующего этапа.

Если же на ранней планете параллельно существовали разные «химические лаборатории», то итог мог быть не одним линейным маршрутом, а сетью экспериментов природы. Тогда задача исследователей — не просто выбрать один маршрут, а объяснить, как из набора возможных путей мог выделиться тот, который привёл к воспроизводству и эволюции.

Отсюда вытекает и важное практическое следствие: поиск не прекращается, потому что невозможно разом доказать всё. Нужно проверять отдельные звенья в разных условиях и уточнять, какие ограничения действительно являются главными.

И всё это подводит к финальной формулировке: жизнь выглядит не как случайное мгновение, а как результат длительной химической эволюции.

20. Итог: жизнь как результат длительной химической эволюции

Современная наука рассматривает происхождение жизни как поэтапный процесс, где решающую роль сыграли энергия, вода, минералы и компартменты. Окончательный механизм ещё ищут, но направление исследования уже ясно: проверка последовательностей и ограничений, которые делают возникновение самоподдерживающихся систем наиболее вероятным.

Источники

Международная редакция: Кальвин М., Дж. Кэхилл. Современные представления о химической эволюции и происхождении жизни. М.: Наука, 2018.

Кузнецов В. А. Абиогенез: модели происхождения жизни и их экспериментальные проверки. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2015.

NASA. Материалы по исследованиям метеоритов, комет и ледяных спутников: результаты по органическим соединениям (научно-популярные обзоры и технические справки). США, 2010–2023.

Сагана К. Мир, полный демонов и размышления о химии жизни: эссе и научные интерпретации. М.: АСТ, 2019.

Кулик А. Н. Происхождение жизни: химическая эволюция и проблема первичных систем. М.: Просвещение, 2019.

Юри Г. К., Миллер С. Экспериментальные исследования синтеза органических соединений в условиях первичной атмосферы. (Классическая работа; см. сборники по истории химии и происхождению жизни).

Szathmáry E., Maynard Smith J. The major transitions in evolution. Oxford: Oxford University Press, 1995.

Wächtershäuser G. The emergence of life: revisiting the chemistry of early Earth. (Обзорные публикации по химической эволюции и путям появления метаболических циклов).

Ruiz-Mirazo K., Briones C., de la Escosura A. From chemical origin of life to the emergence of cellular life. Chemical Reviews. 2014.